Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
09:46 

мнда

павел
сегодня ночью вчетвером напали, завалили, ногами запинали, вырвали мобильный телефон и убежали.
состояние организма, словно в лесничный пролет упал.
нафиг организм, нафиг телефон, но на той сим-карте смски самых дорогих людей.

не жизнь, а каждодневный праздник...

11:33 

утро

павел
плавать-то я плаваю,
весь вопрос - как долго...
:)

18:08 

хороший день

павел
за окном прошла гроза - сумасшедший дождь ломился в окна
в наушниках - так давно не слышимый Queen

словно на два года назад вернулся...
Teo Torriatte... будем вместе...

почти молитва.

16:42 

мысли последних дней

павел
горький кофе так же хорош, как и горький чай.
ничто так не выбивает дурь из головы, как дорога.
я ни черта не понимаю в окружающем мире...

20:27 

Две Копейки

павел
я никогда не смотрел фильм Ванильное Небо
но вот уже вторую неделю на компе моей второй работы по кругу играют всего три песни...
три песни из восемнадцати.

я никогда не смотрел этот фильм.
да и отзывы о нем были самые разные, большинство - фырканье неуважения к Тому Крузу.
потом так было с Последним Самураем.

вот уже вторую неделю я время от времени ставлю эти песни.
они невероятно спокойны, улыбчивы и закатны...
именно закатны, когда лето, закат и небо невероятно красивое.

однажды я хотел сказать, что этот дневник закрылся после просмотра Последнего Самурая
потом забил на это дело... я стал гостем в своем собственном дневнике...
я ведь неделю отходил от того фильма... и до сих пор - молчание.

всю жизнь теперь можно охарактеризовать тремя словами - ищу две копейки
ведь тогда я смогу позвонить по телефону другу...
хотя можно остановиться на одной копейке и купить коробок спичек...

надо посмотреть Ванильное Небо.

15:33 

читая новых ПЧ...

павел
какие интересные люди однако заходят ко мне когда меня нет!
и где меня в это время только носит...
:-(

в связи с этим вспоминается старая фраза, кажется, прошлого года:
"Самые умные мысли приходят в голову тогда, когда нет возможности их записать или с кем-нибудь поделиться..."

21:28 

ладрион конца мая

павел
работу вот сменил... переместили по корпорации в другое подразделение...
меня в течение месяца Макс пытался уволить из Сенержей...
я молча делал вид, что этого не замечаю...
весь офис озадаченно за этим наблюдает, фигея...
как результат - сегодня получил зарплату за весь месяц...

в лефутуре тепло и хорошо...
платят больше, график меньше, люди приходят, разговаривают...
попытка работать на два фронта дает креном по самочувствию...

жизнь сама по себе, я сам по себе, сеть сама по себе...
и нефиг.

привет всем, кто еще помнит.
из тех, с кем виделся когда-то.

павел

URL
21:25 

Moby - Natural Blues

павел
улыбка

05:21 

Похороны

павел
У Эминема есть клип на его песню Cleanin Out In My Closet... Ночь, косые фонари, ливнем дождь, грязь под ногами, а он роет могилу, а потом закапывает ее. Хоронит. Плачет, падает, орет, ломка, но он встает и продолжает дальше...

Вот так и я все эти месяцы. Заколотил любовь свою в гроб и забил его гвоздями. Наглухо, напрочь, закрыв сердце. Отменив все и всех.

Памятью, верной памятью, горькой памятью, волнами накрывает былая нежность, былая ласка. Но нет - снова и снова я хороню свое чувство, снова и снова я прячу его от себя. Снова и снова я опускаю гроб своего прошлого в черную яму, стараясь забыть, заставляя себя верить, что хороню не себя.

Бесконечная игра с самим собой. Изматывающий бег по краю дороги в дождь.
Осточертело. Осточертело. Осточертело...

Вновь и вновь снами, отголосками памяти ко мне возвращается былое чувство.
Снова и снова опускаю я маленький гроб в вырываемую мной могилу.
Один. Ночь. Дождь. Холодно. Неверие...

У меня нет выбора - с мертвецами не живут.
Я не умею воскрешать.
Да уже и нечего.

я люблю тебя

URL
19:59 

16 мая

павел
сегодня родилась Митлаэнь

01:33 

Абонент не отвечает или временно недоступен

павел
Осталось найти две копейки...

Необычайно красивое время наступило. Необычайно красивое! Город стал ласковым. Это трудно объяснить, но даже дождь - ласков. Он не хлестает в лицо, не холодит руки, а нежно сбегает каплями, оставляя следы влаги на лице. Тихие, спокойные и добрые капли срывают белые лепестки цветущих деревьев, усыпая ими дорожки в моем маленьком саду. А я ведь даже и не знаю, чьи это лепестки. Быть может, яблони. Быть может - вишни... Да и какая разница! Каждый лепесток - нежность. Каждый лепесток... Ветер кружит над городом в хороводе нежности...

Люди стали чаще улыбаться. Людей стало больше. Они уже улыбаются друг другу. Просто так. Просто от того, что весна и как-то так необычно все - словно никто уже и не верил, что это наступит. Это как у Жванецкого: "И мы высыпали все на улицы - и танцуем!" Люди стали красивее. Лишь от того, что стали чаще улыбаться... Весна - это одна большая улыбка Бога...

Я хожу аллеями города, в темноте погасших фонарей хожу я и закрываю глаза. Господи, как много запахов! Как много всего, как это все - долгожданно, переживаемо, как не хватало всего этого. Пахнет кора деревьев по дождю, пахнут большие цветы яблонь и молодые, нежно зеленые шишки елей, пахнет горечью тополиных почек, тополиною смолой, землей, простой землей и горьковатым вкусом листьев молодых берез... Всюду запахи - это дурманит, кружит голову. Хожу с закрытыми глазами и как в темноте угадываю тот или иной аромат... Я понял, почему не люблю зиму - она не пахнет...

Совершенно смирился с тем, что разучился общаться с людьми. Как-то все не так. Или я не такой, что куда вернее. Вообще, постоянно накатывает ощущение, что вот у всех невероятно какая-то бурная жизнь, кипит просто! И что все куда-то бегут и дружно ходят, взявшись за руки. Словно вот вот я только заверну вот за тот угол и окажусь в самом центре событий, но я заворачиваю - а там уже ничего нет... Я даже назвал это наваждение - ускользающий центр событий... Смещенный центр активности... А я все на периферии... Как там у Жванецкого: "А мы все не там где-то! Ну не там мы находимся где-то!"... Вновь вернулось старое и подзабытое уже ощущение: вот я попал на венецианский карнавал в эту самую Венецию и все такие радостные, говорливые, все что-то знают, чего я не знаю. Более того - все говорят, а я не понимаю их. Я прекратил понимать людей! Как иностранец... Словно мне что-то говорят, а я лишь моргаю глупо...

Натолкнулись с бывшей девушкой Оксаной в парке друг на друга и разошлись - она со своим юношей, я на концерт шел. Людей - весь парк запружен. Ходят вереницами, группками, парами.... Сидят, стоят и бегают... Всюду все сверкает, мелькает и откупоривается... Она через два дня у меня спрашивает:
- Паш, а ты чего один как-то шел? Туда, смотрю, один, оттуда тоже...
- Искал людей...

Не могу. Не могу поддерживать разговоры. Сворачиваю темы на середине. Стал совершенно неконтактным человеком. И в то же время - огромный недостаток общения. Просто непередаваемый. Но чтобы общаться, надо отдавать, надо делиться собой, надо дарить. А мне нечего стало давать, стало нечем делиться, и дарить осталось лишь улыбку.
Бардак.

Необычайно скучаю. Необычайно скучаю по Москве, москвичам, по Садовой-Триумфальной в шесть часов утра в выходной день. По мокрому асфальту от полива из шланга дворничихой, по клацанью копыт белой лошади, медленно гуляющей в сторону Курского вокзала, по каплям дождя на стеклах пятнадцатого этажа, по вывескам БиЛайна, по черным плащам и тишине боковых улиц... Скучаю по московскому кофе, по самой возможности уйти в город и не думая ходить его проулками, никого не трогая, никому неведомый, самому себе..

Моей главной ошибкой стала замена собственных мечт мечтами другого человека. Постепенно, шаг за шагом я вытеснял себя, подчиняя все одной лишь цели. Но теряя себя я не становился другим. Ну не смог... Быть может, люди вообще неспособны быть кем-то, кроме как самими собой. Как результат: я не стал тем, каким меня хотели, но и не был больше тем, кем был. Полный аут. Пустота... Потеря самодостаточности с почти наркотической зависимостью от другого человека. Ни к чему хорошему это не привело. Никогда, никогда нельзя ставить в основание своего мира другого человека, как бы сильно ты его не любил. Иначе с потерей этого человека весь твой мир рухнет, потеряв опору. Опора должна быть в чем-то таком, что нас не оставляет. В какой-то мере это мы сами.
Энвинивен была права.

Прекратил бояться потерь. Изменил к ним отношение. Люди приходят и уходят. Шелли была права - люди сами решают, с кем оставаться, кому верить, от кого бежать. Глупо удерживать, глупо прогонять. Можно лишь самому приходить и уходить, а уйдя однажды - возвращаться. Пусть каждый сам решает, нефиг переубеждать, нефиг донимать и доставать. Хочешь - хорошо, здраствуй, нехочешь - храни тебя Бог, прощай...
Все равно ведь встретимся.

Никуда мы друг от друга не денемся.
И зима опять придет, и будет мрачно и холодно.
А потом весна, и запахи, и улыбки, и молодежь с ошалелыми глазами от любви.
И кофе по-московски, и дворики, и капли летнего дождя, и мокрый нос родного пса.
И никуда не надо бежать со всеми вместе, ни за какими центрами событий.
Достаточно стать этим центром для себя.
Остановиться.

всё будет.

-------------------
Adriano Celentano - Mi Domando
Adriano Celentano - L'Arcobaleno
Adriano Celentano - Angel

17:29 

неудачное. любимым.

павел

Подевались куда-то сны,
Лишь вплывает в ночную лень
Тень
От той золотой сосны,
Что припас я про чёрный день.

Галич



В глубине твоих глаз так
Утонуть, опьянеть вдруг -
Пусть шумит в головах лес...
Не унять, не унять рук -
Пусть танцуют они в такт
Перестуку влюбленных сердец...

А потом нам опять сны
Будут годы с тобой шептать
Как же так мы мечты той весны
Вдруг посмели с тобой растерять?

Снова будем друг друга винить
Когда вспомним. И лишь лес
Будет все это время хранить
Перестук двух влюбленных сердец...

Stefanic Toneiro

23:40 

Вчера

павел
Вчера...
Впервые после возвращения Кении вновь гуляли вместе. Поначалу взяли путь на мою Маленькую Германию, но потом свернули, решив оставить ее на потом. Тиано очень остра на язык, впрочем, как и на ум, и одновременно окружена каким-то непередаваемым очарованием юмора и игры... Рассказывала взахлеб какие валерьянки сейчас читает, сколько ступенек у колокольни Кельнского собора и какие люди живут в маленьких немецких городках.

Одно из моих недавних определений - книги-валерьянки. Книги, которые читаешь, чтобы успокиться, расслабиться, вернуть себя в нормальное, уравновешенное свое состояние. Вчера и сегодня валерьянкой у нее Крапивин... Вообще, Кения поражает меня не столько тем объемом, чего она читает, сколько самим выбором произведений. Как-то за время общения в Сети привыкаешь, что более или менее, но все же принадлежишь к какому-то определенному культурному (назовем так) слою или срезу. Без сомнения, это не означает, что все мы повально читаем некий стандартный набор произведений и авторов, но все же есть определенные вещи, которые словно пароли в общении, этакие знаковые вещи, как верстовые столбы. Тут можно вспомнить тех же Толкина, Баха, Коэльо, Фрая, кельтско-скандинавские корпусы легенд и много еще чего. Это то, что сейчас вспомнил, можно продолжить. Конечно, можно и порою даже нужно спорить о литературных и прочих достоинствах и недостатках тех или иных авторов, принимая что-то или отвергая. Пусть у каждого есть свой индивидуальный круг предпочтений, но все равно мы так или иначе имеем некоторое представление о тех знаковых произведениях, которые словно очерчивают границы нашей ойкумены. Короче, хватит.

Так вот, Кения при всем знании современной моды на те или иные произведения читает... совсем не то! Нет... не так... Она читает то, но не то, что читают все остальные сейчас. Вот. Так вернее. Ощущение, словно она вырвана из этой вечной пляски и идет по библиотеке Вечности, чуть касаясь кончиками пальцев корешков книг на полках, выбирая по наитию... Она... она читает то, что читала моя бабушка, что читали мои родители и одновременно то, что читают мои современники - она с восхищением обсуждает Золя, Тургенева, Крапивина, Грина, Баха, Толкина, Маршака и еще кучу всего, что я просто не в состоянии запомнить. Хуже - она это еще и переваривает, да так, что чувствую себя... эээ... полным профаном. Впрочем, это недалеко от истины.

Сидели в кафе, тихо, спокойно... Люблю кафе на три столика - уютно. Открыв меню, рассмеялись оба, ибо ни она, ни я не разбираемся в кофе. Решили поступить проще - в этот раз берем вот эти две позиции, в следующий - вот эти и так далее по списку. Будем учиться. Все бы хорошо, но москвичи кофе делают лучше... Тем ни менее... Ощущение тепла и уюта.

Вечером в поисках Цитруса (коллега по работе), пришел в техофис на пятнадцатом этаже и так там и остался на ночь - отмечали день рождение нового сотрудника со всеми вытекающими. Пьяные вдрыбадан Нильс и Цитрус вылезли на карниз пятнадцатого этажа и глубокомысленно уставились на распростертую перед ними ночную пустыню с мириадами огней, окон, фонарей и звезд на небе. Следующим вылез я. Идиоты! До края карниза расстояние с клавиатуру компа! Держусь одной рукой за подоконник с той стороны, Нильс и Цитрус пытаются меня оторвать, дабы я к ним присоединился. Картина: на карнизе пятнадцатого этажа безо всяких намеков на ограждение два парня тянут на себя третьего, отклоняясь спинами в черную пропасть. Начинаю их крыть благим матом и звать остальных. Прибежали. Вытягиваем невинноглазых Нильса и Цитруса. Все ругаются... Потом угомонились до утра, когда Цитрус начал отгонять меня от компьютера, с непередаваемым видом вселенского счастья лупя меня зачем-то по голове ложкой и цитируя правила техники безопасности работы за компом...

Как я себя чувствую?
Живым.

11:08 

Утро

павел
Не жалею, что живу я часто как придется,
Только знаю, что когда-нибудь, в один из дней
Все вернется, обязательно опять вернется -
И погода, и надежды, и тепло друзей...
А. Розенбаум

Обычное утро. Тяжелый подъем, легкий завтрак, включенный магнитофон с непонятно откуда взявшейся там кассетой Машины Времени... Старые песни... Слушаю... Переворачиваю кассету - Розенбаум... Уходя, улыбаюсь...

Возвращаются все. Кроме лучших друзей.
Кроме самых любимых и преданных женщин.
Возвращаются все, кроме тех, кто нужней -
Я не верю судьбе. А себе? Еще меньше.
В. Высоцкий

Люблю утра. Когда еще солнце не успело подняться из-за края восточных домов, а проталкивается где-то там в переулках под сигналы автомобилей и хлопанье подъездных дверей. Воздух свеж, тихая прохлада чуть тормошит меня, отгоняя сон. Иду краем дорог, по мосту над перекатом речки, мимо парка, по краю городской площади. Иду улицами, не глядя на светофоры перебегаю дороги, лавируя в каких-то сантиметрах от автобусов и машин. Иду мимо собора, бутиков, кафешек, перебирая мелодии...

Есть у меня в жизни такое слово - откат. Сейчас объясню. Человек живет какое-то время сам по себе, в полном согласии с собой и гармонии с окружающем его миром. Это как правильно настроенный музыкальный инструмент и камертон - звучат одинаково и не мешают друг другу. Но потом в жизни человека что-то происходит. Например, он обуревается какой-то идеей, или влюбляется в кого-то, или увлекается каким-то новым делом. Короче, в его жизни появляется что-то такое важное. И вот человек весь на подъеме чувств своих бросается в доселе незнакомые ему впечатления, расширяет или вообще меняет круг общения, меняет свою жизнь и меняется сам. А потом что-то ломается. Неотвратимо, безжалостно и грубо. Пытаясь остановить это, человек барахтается, борется, ломая себя и свой мир. Но жизни это как-то пофиг - у нее свой взгляд на порядок вещей. И из жизни человека уходит все то, что было им накоплено вот в этот самый период подъема. Уходят люди, рушатся связи, теряет смысл так значимая ранее работа или идея, уходит любовь. И вдруг однажды человек вновь остается один. Сам с собой. А он уже не умеет так. Он отвык, отучился. Озадаченно смотрит он на свою жизнь, как вдруг в нее возвращается все то, что было им изначально. Снами, книгами, случайными встречами, запахами, забытыми песнями к нему возвращается он сам. Жизнь словно говорит: "Поигрались и хватит. Пора бы и честь знать". Не отнимая накопленного опыта, не отбирая память, она возвращает нам самих себя. И вдруг, однажды утром, вечером или ночью, гуляя где-то или сидя в компании, слушая что-то или перебирая асфальтовые камешки на аллее старого парка понимаешь, что ты - все тот же. Такой, каким был за много лет до этого. С теми же надеждами, с той же верой, с тем же набором проверенных, родных и близких взглядов, идеалов, песен и книг. Человек стоит в абсолютном одиночестве посреди безлюдного города и тихо смеется. За спиной - куча всего... Много эмоций, переживаний, радости и горечи, большая любовь и большая разлука, время борьбы и слез ночных от бессилия, куча грязи и злобы. Позади - целая жизнь. Впереди - неизвестно что. А с собой лишь то, что было в начале пути. Стало быть - опять начало...

Столько лет сражений, столько лет тревог -
Я не знал что уйти будет легко.
Нас зовут в окопы, скоро - третий звонок,
Только мы от них уже далеко...
А. Макаревич

В город пришло тепло, пришло солнце. Вчера ходил нюхать цветущую вишню. Понюхал. Пахнет. Вспомнил Кена Ватанаби. Ночью над городским парком летают совы. А над запрудой в том же парке висит нелепая луна и одна звезда немного налево и вверх. А дома у меня есть печь и в ней горит огонь, и когда ночью открываешь глаза видишь, как по стене напротив пляшет отблеск пламени...

Снова один. Сам с собой. Терять почти нечего.
Стало быть - опять начало.

15:10 

Ирони

павел
Сегодня родился самый светлый, замечательный и добрый человек нашей корпорации - Ирони.

Ирони - ты самая добрая, чуткая и отзывчивая из всех нас. Знакомство с тобой - богатство.
Когда зайдешь сюда - спасибо тебе за всё и много много счастья тебе и твоему сыну.
Спасибо тебе за все...

твой паша

URL
12:08 

невеселое

павел
мои друзья не обязаны мне быть друзьями
дружба - не привязь, и человек не обязан бегать за тобой
он может приходить и уходить, когда вздумается
дружба - это когда хочется приходить
но если тебя посадить на привязь, ты забудешь как это - приходить
и чаще будешь думать об уходе

дружба - это когда хочется приходить
наверное

11:55 

мнда

павел
пашка звонил
разругались

URL
12:59 

Тридцать второе мая

павел
- Барон, какое сегодня число?
- Тридцать второе мая, господин судья!

Тридцать второе мая...
Время от времени вспоминаю эти слова и задерживаюсь на них - перекатываю их, подбрасываю в воздух и снова ловлю, разминая их своми ладонями и рассматривая. Эти три слова умудряются вместить в себе невероятно много.

Самое первое - это конечно Горин. Вообще я плохо знаю Горина и хорошо те фильмы, что ставились по его пьесам. Как-то так получилось, что он умер раньше, чем я разобрался, кто чего написал на самом деле. Причем и разрыв-то был маленький - какие-то два месяца. Всю жизнь время от времени видеть человека и только через два месяца после его смерти понять, что ты ему многим обязан. Грустно. Горин оставил нам, мне образ самого честного и правдивого человека, радостного и печального одновременно, умеющего любить и жить тоже. Тридцать второе мая - в этом весь Мюнхгаузен.

Второе, что пришло от этих слов - мысль о христианстве. Христианство - религия Тридцать второго мая. Религия свершившейся невозможности. Религия Великого шанса. Бог словно дает людям еще одну возможность исправить себя внутри и подарить друг другу радость. Людям дается надежда, время и силы эту надежду реализовать. И у каждого есть право либо усмехнуться глупой шутке Господина барона, либо воспользоваться ею как последним шансом, которого больше может и не быть.

Тридцать второе мая - это как День Сурка, помните? Что-то очень похожее. Это незапланированный Вечностью день, в который каждый может исправить в своей жизни что-то такое, на что как правило не хватает какого-то часа, минуты, секунд. Никто не знает, когда он наступит и наступит ли он вообще, но если это случилось - это шанс, великий шанс. Это индивидуальная возможность изменить что-то. Необязательно кардинально, нет. И не знаю что и как, просто чувствую, что можно и нужно, раз тебе это дано.

Сегодня вновь повеяло мыслями о череде поражений. Как-то навалилось все за последнее время. После достаточно радостных и светлых дней словно плитой сверху. Мысли невеселые. На себя - злость и неуважение. На людей - какая-то смесь сожаления и светлой зависти (есть такая, когда коришь себя за успехи других, продолжая думать о них хорошо, ибо заслужили). И подумалось сегодня вдруг, что каждое поражение можно рассматривать двояко.

Каждое свое поражение я могу рассматривать либо как лишний повод для петли, либо как свое тридцать второе мая. Как выданный мне шанс встряхнуть самого себя и искать новое. Все же каждая потеря - одновременно и повод для приобретения. Каждое поражение можно рассматривать и как крышку гроба, и как дверь куда-то, где меня раньше не было. Весь вопрос - как я отнесусь ко всему этому, что выберу.

Вот и выходит, что сейчас каждый день - тридцать второе мая...

11:32 

что в имени тебе моем...

павел
Сменил название дневника. Для меня это всегда важно.
Сменил стандартный дизайн на блочный - так более цельно.
На этом все изменения закончились.

Буду строить из себя махрового консерватора...

10:25 

Придумал новое слово или родите дневники обратно...

павел
Вообще, я воспринимаю сообщество Диари.Ру как большой такой дом со множеством комнат. В комнатах живут люди. Каждая комната оклеена своими обоями, там может быть изысканный порядок, а может быть и суетливая захламленность. И когда я сижу в чьем-то дневнике, мне представляется, что я зашел в гости и теперь вот оглядываюсь и привыкаю к комнатке хозяина, пока он мне что-то там рассказывает. Есть закрытые комнаты, есть заколоченные. У меня есть одна знакомая комната, в которую меня пускают, но предварительно заклеивают мне рот пластырем, чтобы избежать произнесения мною очередных глупостей, гадостей или слюньтявостей. Много есть комнат. Их жители перетаскивают друг от друга мебель, картины, делают ремонты и интересуются у соседей - каково, а? Более того - я обнаружил комнаты, которые по своей обстановке ничего не говорят о их хозяевах, которые на самом деле очень интересные люди - просто они интересны, умны и порядочны как-то совсем отдельно от того, что пишут в дневнике.

Утром забрел к Бенедикту, как обычно. Пока сидел там, придумал новое слово: слуЧайники... Это дневниковцы так называемых случайных дневников... Слово понравилось. Буду его воспитывать. Хай растет.

СлуЧайники :)

Нарисованный Дом

главная